Детство и первая молодость Иоанна IV

Преклонив к себе разными средствами многих бояр и сановников, он объявил себя в день кончины Елены главным в правлении и через неделю велел схватить князя Телепнева и его сестру, боярыню Агриппину, которая была любимой надзирательницей при маленьком Иоанне. Ни просьбы, ни слезы бедного малютки-государя не спасли его любимцев, и первого Шуйский уморил голодом в темнице, вторую послал в небольшой город Каргополь и велел постричь в монахини. Чтоб еще надежнее утвердить свою власть, он постарался сделаться родственником государя и женится на его двоюродной сестре. Но, несмотря на все это, Бог не допустил его долго управлять Россией, и через несколько месяцев он занемог и умер, оставив власть в руках своего родного брата, князя Ивана Васильевича Шуйского.

Бедное отечество наше терпело еще более при этом новом правителе: он не имел никаких хороших качеств и был зол, горд и дерзок не только против бояр, но даже против самого государя, который и в детском возрасте должен быть предметом глубокого уважения для подданных.

Обращение Шуйского совсем не показывало того: во всех поступках его приметно было, что он считал себя гораздо важнее маленького Иоанна. Кроме того, он был так жаден, что брал из казны великокняжеской множество золота, приказывал делать для себя из него посуду и вырезать на ней имена своих предков. Все важные должности и выгодные места он раздавал родственникам и друзьям своим, которые без милосердия разоряли вверенные им области. При таких нравах и при таких распоряжениях главного вельможи и правителя государства можно представить, каково было воспитание Ивана! Ни Шуйский, ни его помощники – три другие князя Шуйские, Иван и Андрей Михайлович и Федор Иванович СкопинШуйский, – совсем не думали, что счастье всего народа зависит от качеств сердца и ума его государя.

Напротив того, они рассуждали, что выгоднее всего для них самих было бы то, если б Иоанн и в совершенном возрасте не входил ни в какие дела и предоставил бы им управлять государством, и для это решились воспитать его так, чтобы он не любил ни каких занятий и думал бы только о забавах и удовольствиях. К тому же, исполняя все детские желания князя, они надеялись, он ни к кому не будет так привязан, как к Шуйским. Итак, эти гордые, самолюбивые, жестокие бояре, думавшие только о себе, а не о своем бедном отечестве, каждый день забавляли маленького государя то новыми играми во дворце, то разного рода охотой в поле. Охота, во время которой люди с таким весельем убивают невинных животных, располагает сердце к жестокости, и дети, так легко воспринимающие все впечатления и не имеющие рассудка взрослых людей, чтобы предохранять себя от дурных, никогда не должны видеть охоту, а не только сами участвовать в ней.