Политическое развитие России в 1730-1740 гг.

Вопрос о новом императоре должен был решать Верховный тайный совет.

Ближайшими наследниками были Елизавета Петровна и малолетний Пётр, сын Анны Петровны, который должен был занять трон по завещанию Екатерины I . Но об её завещании никто и не вспоминал. «Верховники» отвергли кандидатуры дочерей Петра I , как незаконнорожденных. Д.М.Голицын предложил передать престол старшей линии династии, идущей от Ивана V , брата Петра I . Т.к. старшая дочь Ивана, Екатерина, была замужем за герцогом Мекленбургским, решено было пригласить на трон её сестру – Анну Иоанновну. Н о тот же Д.М.Голицын предложил, приглашая Анну Иоанновну на царствование, ограничить самодержавие и наплыв иностранцев. Это мнение было поддержано, и Анне были предложены «кондиции», на которых она могла стать императрицей. Суть их была в ограничении её власти в пользу Верховного тайного совета.

Герцогиня приняла предложение без раздумий. Но, как оказалось, затея с ограничением власти императрицы в пользу нескольких членов Верховного тайного совета не устраивала очень многих. С.Ф.Платонов писал: «Когда по Москве распространился слух о тайных ограничениях в пользу Верховного тайного совета, не только видное духовенство ... не только государственные люди, не участвовавшие в «затейке» верховников, но и всё среднее и низшее дворянство пришло в большое негодование на верховников». [1] Многие могли бы подписаться под словами казанского губернатора А. П. Волынского: «Боже сохрани, чтоб вместо одного самодержавца не сделалось десяти самовластных и сильных фамилий; мы, шляхетство, тогда совсем пропадем». 25 февраля Анна Иоанновна при активной поддержке дворянства и гвардии отказалась от подписанных ранее ограничений и публично разорвала документ, в котором они были перечислены. 28 апреля она короновалась самодержавной императрицей. II. Внутренняя политика. Анна Иоанновна шла навстречу требованям дворян расширить их права и привилегии. 4 марта 1730 она упразднила Верховный тайный совет и восстановила прежнее значение Сената.

Верховный тайный совет был заменён Кабинетом из трёх министров во главе с А.И.Остерманом. Кроме того, 17 марта 1731 Анна Иоанновна отменила указ Петра I о единонаследии, разрешавший передавать земельную собственность в руки только одного наследника. Она сократила срок обязательной дворянской службы до 25 лет. При Анне Иоанновне возобновилась раздача земель дворянам, имения признавались полной собственностью дворянства.

Императрица организовала два новых гвардейских полка – Измайловский и Конногвардейский. В 1732 г. был открыт Сухопутный шляхетский кадетский корпус для обучения дворян. Затем последовало открытие Морского, Артиллерийского и Пажеского корпусов.

Жалование русским офицерам стало таким же, как и иностранцам.

Указами 1736-37 годов дворянам было предоставлено получать образование дома, с обязательством периодически являться на смотры и подвергаться экзаменам. В 1733 году, для облегчения кредита, главным образом шляхетству, было разрешено выдавать из монетной конторы ссуды под залог золота и серебра, сроком на три года, из 8% годовых.

Крестьяне всё прочнее прикреплялись к личности владельца. С 1731 г. помещики или их приказчики стали приносить присягу на верность императору за крестьян. В том же году в руки дворян был передан сбор подушных денег с подвластных крестьян в связи с их задолженностью государству.

Помещик получил право сам устанавливать наказание за побег крестьянина. В 1730-х – 40-х годах принудительный труд стал господствовать практически во всех отраслях промышленности. В 1736 г. заводские работники были навечно прикреплены к заводам и не могли быть проданы отдельно от мануфактуры.

Мрачным символом эпохи стала Тайная канцелярия во главе с А.И.Ушаковым, следившая за выступлениями против императрицы и «государственными преступлениями». Попав туда по любому (нередко ложному) доносу, человек подвергался пытке: битью кнутом, выворачиванию рук на дыбе... Палачи Ушакова славились умением заставлять жертву признавать самую невероятную вину. За время царствования Анны через канцелярию прошло около 10 тыс. человек. III. Эрнст Иоганн Бирон.

Несмотря на всё, что Анна Иоанновна сделала для русского дворянства, она, по всей видимости, боялась русских и не доверяла им.

Именно поэтому в состав её правительства вошли в-основном немцы. «С первых же минут после восстановления самодержавной власти, – пишет С.Ф.Платонов, – началось возвышение иностранцев и опалы на русскую знать.

Постепенно представители знати теряли своё придворное значение и служебные места, подвергались гонению, ссылке или в деревне, или в Сибирь, даже казням ... В то же время не менее систематически шло возвышение немцев». [2] Все ключевые позиции в стране оказались в руках немцев.

Иностранные дела вёл А.И.Остерман, армией командовал Б.-К.Миних, гвардией – Ф.-К.Левенвольде.

Академию наук возглавлял И.Д.Шумахер. В экономику России проникли авантюристы, безнаказанно обворовывавшие страну, такие, как, например, Шемберг, грабивший заводы Урала. Очень скоро фактическим правителем страны стал фаворит Анны Иоанновны курляндский немец Эрнст Бирон, познакомившийся с ней ещё в Митаве и последовавший за ней в Россию.

Незнатного происхождения, но ловкий и честолюбивый, получив место при дворе своей герцогини, Бирон скоро начал пользоваться её неограниченным доверием. Став фаворитом русской императрицы, он получил и чин действительного тайного советника (по военной иерархии – генерал-аншефа), и высший русский орден – Святого Андрея Первозванного. Д.И.Иловайский писал о нём и его политике: «Управление его отличалось жестоким характером, и время его считается одной из бедственных эпох в Русской истории.

Особенно замечательна жестокость, с которой по распоряжению Бирона собирались недоимков государственных податей за прежние годы: по областям разосланы были военные команды, у крестьян отбирали скот и всё имущество, помещиков и старост сажали в тюрьму». [3] С.Ф.Платонов добавляет к этому: «Будучи фаворитом Анны и пользуясь её доверием, Бирон вмешивался во все дела управления, но не имел никаких государственных взглядов, никакой программы деятельности и ни малейшего знакомства с русским бытом и народом. Это не мешало ему презирать русских и сознательно гнать всё русское.

Единственной целью его было собственное обогащение, единственной заботой – упрочение своего положения при дворе и в государстве». [4] Бирон правил не просто жестоко. Он насаждал доносы и доносительство.

Тайная канцелярия, занимавшаяся политическим сыском, было просто завалена доносами и всякого рода «делами». Ни один человек не мог чувствовать себя в безопасности.

Естественно, недовольство Бироном росло, и ропот, несмотря ни на какие репрессии, не прекращался.

Против него Бирон и употреблял систему доносов; шпионы его расселялись по всему государству; беспрерывно раздавалось грозное «слово и дело», за которым следовали пытки, казни и ссылки.

Правитель умел окружить императрицу людьми ему преданными, так что жалобы народа не могли достигать её слуха, и она была уверена в благоденствии своих подданных.

Партия старых русских вельмож, не расположенных к иностранцам, подверглась преследованию; особенно пострадала фамилия князей Долгоруких; несколько архиереев были лишены своего сана; тверской архиепископ Феофилат Лопатинский, который написал сочинение о «лютеранской и кальвинской ереси», подвергся пыткам и был заключён в Петропавловскую крепость.

Священники, позабывшие отслужить молебен в царские дни были расстригаемы, биты кнутом и ссылаемы в Сибирь. IV. Заключение. Из вышеизложенного можно сделать вывод, что отрицание такого явления, каким является бироновщина, на основе реформ, проведённых Анной Иоанновной в пользу русских дворян, основывается на фактах второстепенных, совершенно не учитывая настоящее состояние в стране, созданное Бироном. Такое явление, как Бирон, указывает на обратную сторону петровских реформ: он слишком широко раскрыл двери немецкому наплыву.

Спустя всего 5 лет после смерти Преобразователя во главе русского государства уже стал ничтожный временщик из немцев.

Немецкая партия была особенно сильна тем, что русские вельможи нисколько не отличались единодушием.

Многие знатные люди в эту эпоху не стыдились унижаться перед гордым временщиком и раболепно заискивать его расположение. Самые забавы того времени, например, обилие шутов в домах знатных людей, ещё более усиливают мрачный характер эпохи. Как писал С.Ф.Платонов: «Правление Анны – печальная эпоха русской жизни XVIII в., время временщиков, чуждых России.

Находясь под влиянием своих любимцев, Анна не оставила по себе доброй памяти ни государственной деятельностью, ни личной жизнью.

Первая сводилась к удовлетворению эгоистических стремлений нескольких лиц, вторая отмечена странностями, рядом расточительных празднеств, грубыми нравами при дворе, блестящими, но жестокими затеями...». [5] Анна Иоанновна желала упрочить Российский престол за потомством своего отца. Она выдала свою племянницу, Мекленбургского принцессу Анну Леопольдовну, за Антона Ульриха, принца Брауншвейтского, и когда от этого брака родился сын Иоанн, назначила его наследником престола.