"Тарас Бульба". Трагедия Андрия: конфликт чувств и обязанностей

Подлинно эпического размаха достигает изображение Гоголем Запорожской Сечи – этого гнезда, «откуда вылетают все те гордые и крепкие как львы!…откуда разливаются воля и казачество на всю Украину!». Это царство свободы и равенства, где воспитываются сильные, мужественные характеры. Для Гоголя совершенно определенно просвечивает особая тема Андрия.

Интересно проследить, как она развивается, как постепенно и неизбежно определенная поэтизация героя сменяется развенчанием.

Смелый, горячий, необузданный Андрий «погрузился в очаровательную музыку пуль и мечей». Не раз восхищался Тарас своим сыном, видя, как Андрий «понуждаемый одним только запальчивым увлечением, устремлялся на то , на что никогда бы не отважился хладнокровный и разумный»Под Дубно «Андрий же, сам не зная отчего, чувствовал какую-то духоту на сердце». Проникнув в осажденный город и еще до встречи с дочерью ковенского воеводы (хотя, конечно, уже с особым настроем души), Андрий войдет в монастырскую церковь, вначале невольно остановится при виде католического монаха, но почти тотчас забудет, что это монастырь чужой веры. «Весь алтарь в своем далеком углублении показался вдруг в сиянии, кадильный дым остановился на воздухе радужно освещенным облаком.

Андрий не без изумления глядел из своего темного угла на чудо, произведенное светом.» Всего несколько мгновений, и где-то уже очень далеко Запорожскую Сечь. Душе Андрия доступно чужое: красота чужой религии, печаль и страдание жителей вражеского города.

Панночке он скажет: «Погублю, погублю! и погубить себя для тебя, клянусь святым крестом, мне так сладко» Андрий горячо любит прекрасную полячку. Но нет в этой любви истинной поэзии.

Искренняя, глубокая страсть, вспыхнувшая в душе Андрия, вступила в трагическое противоречие с чувством долга перед своими товарищами и своей родиной.

Любовь утрачивает здесь обычно присущие ей светлые, благородные черты, она перестает быть источником радости.

Любовь не принесла Андрию счастья, она отгородила его от товарищей, от отчизны. Такое не простится даже храбрейшему из «лыцарей казацких», и печать проклятья легла на чело предателя. «Пропал, пропал бесславно, как подлая собака...» Измену родине ничто не может ни искупить, ни оправдать.

Любовь, влекущая за собой предательство, сопостовима для Гоголя с животной страстью.